Российский и мировой рынок стали: 7-14 февраля 2021 г.

15.02.2021

В первой половине февраля высокие цены на стальную продукцию продолжали оставаться в центре внимания Государственной Думы, правительства, деловых кругов. Недовольство по этому поводу уже давно и громко высказывают строители, которые хотят за счет увеличения затрат на металл подвести базу под дальнейшее подорожание жилья, прогнозируемое в текущем году. К ним присоединились машиностроители, а на прошлой неделе с возмущенным письмом в Минэнерго обратился Совет производителей энергии (СПЭ), объединяющий крупнейшие энергокомпании РФ.
Спад на мировом рынке, проявившийся во второй половине февраля, к настоящему времени подошел к концу. Котировки на стальную продукцию разворачиваются в сторону повышения. Новый курс при этом проложил Китай, весьма мощно проведший последние дни перед Новым годом по местному календарю (12 февраля).
Китайские компании не только прекратили экспортные продажи по низким ценам, но и подняли внутренние котировки на стальную продукцию и железную руду. При этом ожидается, что после праздников все будет стоить еще дороже. Предполагается, в частности, что ЖРС опять может возрасти до более $170 за т CFR Китай, а китайский горячекатаный прокат подойдет к отметке $700 за т FOB или превысит ее.
Кроме того, китайцы проявляют интерес к импорту металлолома, а это наверняка будет способствовать подорожанию данного ресурса в странах Азии. В Японии, где лом во второй половине января просто обвалился, а в первых числах февраля опустился на дно, уже произошел отскок. А в западной части гигантского материка Евразия точно такой же кульбит совершил и турецкий рынок металлолома. Там уже пошли вверх котировки на стальную продукцию, так что и российские металлурги могут смотреть в будущее с большим оптимизмом, чем ранее.
Все это, безусловно, скажется и на состоянии внутреннего рынка. Наметившееся снижение заводских котировок на арматуру может приостановиться несмотря на прогрессирующее удешевление металлолома после ввода в действие повышенных экспортных пошлин с 31 января. С горячекатаным прокатом вообще все становится неясным. Причем спотовые цены в последние недели понижались под влиянием объективных факторов — слабого видимого спроса с одной стороны и наметившейся нехватки оборотных средств у металлотрейдеров, с другой.
Таким образом, сложно рассчитывать на то, что стальная продукция в России в обозримом будущем заметно подешевеет. Для этого нет пока условий. Стоимость железной руды так и останется высокой, а обеспечить российских металлургов дешевым и доступным металлоломом не реально — здесь не поможет даже введение полного запрета на его экспорт. На мировом рынке котировки на стальную продукцию тоже не торопятся падать. Правда, есть основания надеяться на понижающую коррекцию во втором квартале, но… когда это будет? Тут еще до марта дожить надо!..
О курсе рубля вообще ничего не хочется говорить, потому что хорошего о нем не скажешь. Его отвязка от нефтяных котировок, как оказалось, работает в обе стороны — как во время спада, так и при подъеме до более $60 за баррель. А вот пугливая реакция московской валютной биржи на любой чих из-за бугра — это проблема, которая в нынешних политических и экономических координатах не решается.
Впрочем, новый виток конфронтации с Западом теоретически открывает возможность меньше обращать внимание на устанавливаемые им в одностороннем порядке правила. В первую очередь, это относится к климатической политике. То, что самая холодная за последние несколько лет зима 2020/2021 гг. в очередной раз продемонстрировала неспособность «климатически правильной» альтернативной энергетики ветра и солнца обеспечивать потребности экономики и населения во время погодных экстремумов, ничего не доказало и ничего не изменило.
В Европарламенте обсуждают необходимость введения углеродных тарифов, чтобы дешевый импорт не подрывал позиции местного бизнеса, вынужденного тратить огромные средства на покупку более дорогой «зеленой» энергии и внедрение «безуглеродных» технологий. В Китае, где нынешняя зима тоже выявила ряд проблем с энергообеспечением, зашла речь о переводе металлургической промышленности на «безуглеродные» технологии.
Между прочим, этот вопрос совсем не праздный. Некое НГО, в частности, посчитало, что только для снижения «углеродного следа» китайской алюминиевой промышленности нужно закрыть 47 ГВт мощностей каптивных угольных электростанций на алюминиевых комбинатах и заменить их чем-то новым, а это, между прочим, больше, чем совокупная установленная мощность всех российских АЭС. В Европе переход металлургии на водородные технологии приведет к увеличению затрат на выплавку стали на 35-65% даже при условии, что сам водород в процессе с какой-то радости подешевеет в 4-6 раз по сравнению с нынешними показателями.
Россия, в отличие от Китая, не брала на себя никаких обязательств по «обезуглероживанию» энергетики и экономики, однако вопрос о проведении собственной климатической политики уже ставится на уровне президента и правительства. Конечно, можно сказать, что мы сами должны считать наши углеродные выбросы, чтобы за нас это не сделали другие и не установили нам показатели «по аналогии», как это делается при антидемпинговых расследованиях. Однако российские компании, работающие на западных рынках, постепенно вынуждены принимать тамошние правила и направлять все больше средств на борьбу с глобальным потеплением, хотя никто еще не доказал, что оно, во-первых, есть, а во-вторых, вызвано именно хозяйственной деятельностью человека, а не природными процессами.

Источник : Портал «Металлоснабжение и сбыт»